маска

Личный челлендж «Carpe diem»

Последние 3 года прошли у меня в состоянии «ничего не происходит». Это был очень грустный период. Сейчас воспринимать его иначе как потерянным временем я не могу. Жизнь двинулась только летом в Киеве, но там было тепло, я работала в парке и все равно каким-то образом взаимодействовала с миром. Сейчас же опять работаю в четырех стенах и понимаю, что если не буду ее двигать насильно, опять начну загнивать. А хочется, чтоб жизнь была наполнена событиями и эмоциями. Каждый день.

Так как я вроде как начинаю жизнь с нуля, с чистого листа, у меня сам собой образовался длинный виш-лист материальных вещей, без которых жизнь возможна, но не так хороша, как могла бы быть. Здесь я попыталась написать такой же виш-лист, но вещей нематериальных. Идея честно украдена у rheo_tu. Но мне показалось важным сформулировать этот список публично. Иначе я забуду, плюну, сделаю вид, что ничего не было.

Пункты подбирались по велению левой пятки по трем принципам: вещи, которые мне давно хотелось сделать, но все время находилось что-то более важное, вещи, которые предполагают некое преодоление себя и выход из зоны комфорта (таких тут, кажется, меньше всего, наверное, большую часть я боюсь озвучить), вещи, позволяющие расширить и сформировать круг общения и вообще как-то быть ближе к людям. Я даже честно прочитала гуляющие по интернету списки «100 вещей, который должен сделать каждый», мне мало что там понравилось, но что-то я почерпнула. В основном все получилось мелкое и легко исполнимое, но почему-то именно на такое никогда не хватает времени и сил, а именно из него складывается счастье.

Не знаю, стоит ли ставить сроки. Постараюсь особо не откладывать на послезавтра, но некоторые пункты явно должны ждать лета, а летом можно сформировать новый список. Может, есть смысл подводить результаты и обновлять список каждый месяц.

У меня очень бедная фантазия, поэтому хочу ваших предложений, друзья. Не обещаю все их принять, но обдумаю. Особенно тяжело с зоной комфорта, тут правда, нужен внешний толчок. И если расскажете, где и как что-то реализовать, буду рада.

Длинное получилось вступление. Вот сам список (будет дополняться):
Collapse )
Все равно получилось много всякого культурно-образовательного. Посоветуйте мне чего-нибудь низменно-земного, а? Что там живые люди обычно делают?

Ваш Йозеф Кнехт.
ЗЫ Пользуясь случаем хотелось бы передать пламенный привет Киевэнерго. У нас до сих пор не включили отопление, и судя по запаху горелой древесины, соседи уже начали жечь костры. Мы тоже подумываем.
в шляпе

Тебе, Невидимый Читатель

Приветствую!
Журнал завела в основном потому, что у меня совершенно случайно стали образовываться абсолютно субъективные и какие-то полубредовые тексты, не укладывающиеся в рамки ни одного из известных мне жанров. Если они интересны кому-нибудь кроме меня, милости прошу.
Collapse )
Мне было бы очень приятно, если вы, решив здесь задержаться, напишете несколько слов.
P.S. Не верьте заголовку, комментарии приветствуются.
P.P.S. Есть подзамки. Интересней всего те, что по тегу дорожное:)
P.P.P.S. Добавить в друзья и не читать считаю лицемерием, поэтому добавляю не всех, простите.
в шляпе

(no subject)

ЖЖ сказал, что по мне соскучился.


Оказывается, я написала целых 10 постов, а казалось, вообще сюда не заходила. Про личное стало писать сложно, а про неличное пытаюсь в телеграме. Хотя скучаю и по старому ЖЖ, и по тем временам, когда мне хотелось вываливать сюда половину содержимого головы.


#2019

в шляпе

(no subject)

Я тут завела телеграм-канал, чтоб писать про книжечки, театры и всякое околокультурное. Сложно без обратной связи, но хочется попробовать формат.
Так что всех приглашаю сюда.
Буду ли дублировать в ЖЖ, не знаю. Пока у меня что-то не складывается.

книжный червь

Андрей Рубанов "Финист - Ясный сокол"

Присказка: В детстве я очень любила эту сказку, у меня была заслуженная до скрипа виниловая пластинка и я отожествляла себя с девушкой Машенькой, которая никого не слушала и фигачила в железных башмаках за своим счастьем. Но это присказка, к сказке она имеет немного отношения.

Collapse )
сирин

(no subject)

Иногда мне хочется что-то написать. Я иду или еду – освобождаю голову от кучи бытовых проблем, незаконченного ремонта, двух работ, того, что готовить на ужин – и складываю в голове тексты. Наверное, хорошие. В моей голове они звучат ладно.

Редко-редко я доношу такой текст до бумаги (до компьютера сейчас, наверное, проблема именно в этом). Начинаю писать. Залпом пишу половину, две трети. И тут встревает совесть: ужин не приготовлен, а вот там в углу тумбочки скопилась пыль, а можно бы еще полчасика поработать. Или просто теряю мысль, не могу сформулировать какой-то важный кусок. У меня так всегда было, для того, чтоб написать складный текст надо было пожить с ним хотя бы 2-3 дня, оставить на ночь, чтоб утром вернуться без эмоций, но с холодной логикой. Сейчас тоже оставляю, но уже не возвращаюсь.

В итоге у меня лежит уже около десятков недописанных текстов: одни уже неактуальны, другие мне хотелось бы когда-нибудь доделать, но вдохновение упущено, а без него – «много других дел, других мыслей», более прагматичных, менее интересных, менее  касталийских. И иногда меня накрывает тоска по тому периоду открытости ума, наверное, когда слова и мысли летели, были главными и нельзя было молчать. Но я не знаю, как его вернуть.

Закрываю сезон работы в парках. Начинается осень. Наступают сумерки. Город зажигает огни. А у меня, видимо, в такое переходное время обостряются чувства и мысли.
в шляпе

Летне-рефлексивное

Этим летом со мной не случилось экспедиции. Впервые за 10 лет. Никто не позвал. Сама не напросилась. Я не знаю, что это значит. Ни обиды, ни грусти вроде не чувствую. Просто знаю, что это еще один признак конца. Того, что раньше было мной и моей жизни. Того, что осталось по ту сторону границы, в прямом и в переносном смысле. Еще одна порвавшаяся нить. Просто это так нормально и предсказуемо, так естественно. Так было со всеми «моими» экспедиционниками, я уже давно жаловалась, что люди уже не те, непонятные, дышащие каким-то другим воздухом, идущие за другим ветром. Окончание университета (рано или поздно, обычно поздно, как и у меня – а чем позже, тем тяжелее), замужество, у некоторых – дети, у меня – переезд. И все – ты вроде как в истории, на фотографиях в альбомах, в рассказах «Тогда еще N ездил». Я сама сначала такие рассказы слушала, потом продуцировала. А сейчас вроде как осталась только в них.

Мне и в прошлом году это было не то, чтобы неинтересно. Не так огненно, не так драйвово, как раньше. Без азарта и без амбиций. Перегорела, выросла, сменила систему ценностей – не знаю. Что та экспедиция будет последней, я подозревала, проговорила, но до конца не поверила.  Даже не заметила, как подошел тот день, когда в прошлой жизни я складывала рюкзак. Но тут вдруг подумала, что пора. И стало мне как-то не по себе. Всегда тяжело было рвать нити.

Этим летом со мной должно случиться море. Первое в жизни не Белое и второе любого цвета. И 10 дней в палатке. Ночи у костра. Ночи под звездным небом. Первый за 10 лет отпуск, когда можно никуда не бежать, ни пропускать через себя десятки людей. Должно случиться, если все сложится удачно. Сейчас все сложно и тревожно совсем по другим – семейным причинам. По этим же причинам покатилось в тарарам почти все мое лето. Символично покатилось в такое же тарарам, а конкретнее в озеро моноколесо, на котором я только-только научилась более-менее уверено ездить. Но мы решили, что кататься нам хочется больше, чем кушать, поэтому купили новое. Но это все бренное и материальное. А все лето я практически заперта в Макондо и двух работах: без впечатлений, эмоций, вдохновения.

Мне кажется, меня исключили из Касталии.  Я разучилась находить смыслы внутри себя, теперь для них нужны внешние толчки и то ли толчки стали слабее, то ли я стала к ним менее чувствительна. Мне все еще очень хочется писать. Но почему-то не получается. И я знаю, что дело не во времени и силах, а в отсутствии этого «не могу не…». А я могу, но очень хочу не мочь. Сейчас каркаю и напрошусь на какое-нибудь очередное землетрясение.
маска

Sum

Ну, здравствуй, мой невидимый читатель. Мне на самом деле давно нужно тебе столько рассказать, но никак не могла заставить себя сесть и сформулировать. Даже сейчас, не очень понимаю, о чем же буду писать, поэтому будет какая-нибудь бессвязная мешанина. Я практически заперта в Макондо, без быстрого интернета, но с одинокими ночами –не по самому радостному поводу, но с возможностью чуть остановиться и покопаться в себе. Получила неделю отпуска поработать с нормальным интернетом увидится с мужем и погулять по Киеву, но вновь возвращаюсь в свое заточение, не знаю, насколько и, к сожалению, с каким результатом.

Collapse )
книжный червь

"Святой ночью" Театр на Печерске

Очень удачно попала на «Святой ночью» перед Пасхой. 7 рассказов Чехова, из которых состоит спектакль, соотносятся с днями Страстной недели: с понедельника, через «кризисные» пятницу и субботу до радостного воскресенья. При минимуме декораций в спектакле оказалось максимум человеческих историй, эмоций и полутонов.

Весь первый акт и первый эпизод из второго оказались для меня историями о том, как человек живет в своих иллюзиях: о себе, о других и о мире. Не слышит, что ему говорят, понимает чужие слова по-своему. А потом каким-то неведомым образом спектакль от этой разрозненности и непонимания переходит к какой-то общечеловеческой общности. От только проговоренной, «теоретической» взаимосвязи времен в «Студенте» к вполне «материальному» объединению всех героев в финальном эпизоде-рассказе, давшем название всему спектаклю.

Немного обидно за «Студента», который, на мой взгляд, является не только лучшим рассказом Чехова, но и в принципе одним из лучших текстов мировой литературы. А здесь он получился каким-то проходным и еще почему-то, если действительно, создатели спектакля хотели соотнести рассказы с днями Страстной недели, соответствующим не пятнице, а субботе. Самым сильным эпизодом, наверное, должен был стать последний, но стал рассказ «После театра», завершающий первый акт. Вне связи с общей пасхальной концепцией он получился ярким, энергичным, без дурновкусия смешным. Про те самые иллюзии, но еще детские, мимолетные, поэтому милые.
книжный червь

Алексей Сальников "Петровы в гриппе и вокруг него"

Осторожно! Рецензия насыщенна спойлерами, как дыхание больного ОРВИ – бациллами.

Честно признаюсь, в романе я ни Аида не поняла. Не поняла даже, закончился ли роман на том месте, где прервалась моя электронная книжка, или мне попалась какая-то неполная версия и должно быть еще главы две-три, которые все объяснят. Почитав другие отзывы, я узнала, что версия все же полная, но в своих сомнениях я не одинока.

Это очень индивидуальная ассоциация, но мне роман напомнил «В лабиринте» Роба-Грийе, в котором герой, куда бы ни шел, оказывается у одного и того же фонарного столба. Только в «Петровых» столб не реальный, а внутритекстовый. И возвращается к нему не герой, а ведомый автором читатель. Текст вертится вокруг нескольких «сюжетных якорей», от которых то и дело отходит в разные стороны, но неизменно возвращается. Роднит их и ощущение болезненно-измененного сознания, в котором не поймешь, что же реально, а что вымысел (или может, это вымысел, который уже воплотился в действительность). Только если у Роба-Грийе это дурной сон, то в «Петровых» – гриппозно-температурная реальность.

Collapse )